mjinnocent

Categories:

Почему Джун Чандлер перешла на сторону обвинения

В этом посте я изложу хронологию событий 1993 г, фокусируясь в основном на Джун и на том, как развивался «план» Эвана. Рассмотрим период от 12 февраля (первая поездка Джун с детьми на ранчо) и до начала августа, когда Джун, по всей видимости, перестала общаться с Майклом (но еще не перешла на сторону Эвана).

Чтобы изложить историю сжато, пришлось исключить многие детали, поэтому эта хронология не отражает ВСЕЙ картины событий, особенно того, что Майкл в это время был занят по горло — отношениями с другими людьми (с ЛМ Пресли, например), и работой: репетировал выступления для турне «Данджерос», сочинял песни, посещал сотни благотворительных мероприятий и начинал съемки короткого фильма «Is It Scary?» («Ghost», Призрак).

Излагаю только факты, (в скобках пишу курсивом источники и свои примечания). К сожалению, у меня нет книги Рея Чандлера «Все, что блестит», но зато есть книга Гутьерреса, которая в вопросе хронологии повторяет книгу Чандлера почти слово в слово, поэтому привожу цитаты из Гутьерреса.

12-14 февраля. На следующий день после того, как в эфир вышло интервью Майкла Джексона с Опрой Уинфри, Майкл позвонил Чандлерам и впервые пригласил их в Неверленд на выходные. Джун, сама за рулем, приехала с детьми на машине в пятницу. Они провели веселый день, катались на каруселях, играли в видеоигры, смотрели животных в зоопарке, посетили магазин игрушек «Тойз-ар-Ас», где Майкл накупил детям множество игр и игрушек, и к тому же дети еще получили гору подарков от магазина. Ночевали Джун и дети в гостевом коттедже, и, проведя еще один веселый день в субботу, уехали в воскресенье. Майкл пригласил их приехать и в следующие выходные. (рассказ Джорди Гарднеру и показания Джун)

19-21 февраля. Майкл заехал за ними на лимузине с шофером, и когда Чандлеры сели в машину, Майкл познакомил их с 10-летним Бреттом Барнсом, сидевшим рядом с ним. В воскресенье все поехали в Диснейленд, в 35 км от ЛА в городке Анахейм. Поздно вечером вернулись на ранчо. Джорди и Лили ночевали в коттедже с матерью. Поскольку Бретт жил в комнатах Майкла, Джорди тоже просился у матери, можно ли ему там ночевать. Джун не позволила. (показания Джун)

24 февраля в гости к Майклу приезжают братья Кассио: Фрэнк (13 лет) и Эдди (9 лет). Водитель встретил Фрэнка и Эдди в аэропорту и привез их в квартиру Майкла в Сенчури-Сити, где братья Кассио познакомились с Джорди. (почему я считаю, что это было 24 февраля и описание вечера с Джорди см. здесь)

26-28 февраля (это выходные, но возможен сдвиг в датах плюс-минус пара дней, если у Джорди, как и у Кассио, в это время были каникулы) — Майкл, Джун, Лили, Джорди и братья Кассио едут в Неверленд. Джорди снова просил у матери, можно ли ему ночевать в комнате Майкла с ребятами, но Джун не позволила. Джорди играл в комнате Майкла и вернулся в коттедж к матери «позже одиннадцати часов ночи. (показания Джун)

5-6 марта (это следующие после братьев Кассио выходные, но если Чандлеры пропустили одни выходные, то дата — 12-13 марта) Джун с Лили и Джорди снова приезжают на ранчо, где гостят Уэйд Робсон (без матери), Маколей и Киран Калкины (с отцом). Джордан снова просится ночевать в комнате Майкла, потому что все другие дети ночуют там. На этот раз Джун ему разрешает. (факт ночевки следует из показаний Уэйда Робсона, а дата вытекает из показаний Джой Робсон, Джун Чандлер и книги Кассио).

Между 11 марта (Гутьеррес и Рей ставят на эту дату визит Кассио) и до 28 марта (когда Майкл с Чандлерами летит в Лас-Вегас) — пусто, т.е., нет сведений, что Чандлеры в этот период ездили на ранчо. Это и понятно, Майклу было явно не до них: 16 марта доктор Гордон Сасаки проводит операцию на голове Майкла, чтобы свести к минимуму рубцовые ткани и облысевшие участки после ожога. Доктор Сасаки сказал (показания в суде над Мюрреем), что обычно у пациента, который подвергается такой операции, боль длится в течение 6 недель. В это же время Майклу диагностировали волчанку.

Воскресенье, 28 марта, Майкл, Джун, Лили и Джорди летят в Лас-Вегас и селятся в отеле «Мираж». Если верить показаниям Джун о том, что именно в ПЕРВУЮ ночь они ночевали все вместе в одной комнате, тогда получается, что именно в ЭТУ ночь, после того как Джун и Лили заснули, Майкл и Джорди смотрели фильм «Изгоняющий дьявола». А если добавить сюда рассказ Джорди (в беседе с Гарднером), то получается, что в ЭТУ ЖЕ ночь, после фильма, он спал в кровати Майкла — Джорди в пижаме, а Майкл в спортивном костюме (опять же из рассказа Джорди Гарднеру).

Понедельник, 29 марта. Джун с Лили ходят по своим магазинам, Майкл с Джорди — по своим. Майкл с Джорди в отеле играют в зале для видеоигр, вечером Майкл и Джорди плавают с дельфинами в бассейне отеля.

Вторник, 30 марта. Снова шопинг, а вечером Майкл, Джун, Джорди и Лили идут на шоу фокусников «Зигфрид и Рой».

(Раньше я ставила ночевку Джорди у Майкла на этот день, потому что из слов Джорди и Рея выходило, что эта ночевка после страшного фильма была ПЕРЕД тем днем, когда был «разговор» — а по словам Джун разговор был в день цирка «Дюсолей». Джун описывает только 2-3 дня поездки и называет день, когда они спали все вместе, «первым днем», но НА САМОМ ДЕЛЕ первым днем было 28 марта, и в версии Джун никакой ночевки после страшного фильма нет вообще. Такая вот путаница.)

Среда, 31 марта — Майкл и Джорди ужинают в китайском ресторане отеля «Мираж». Вечером Майкл и Джорди замечены на шоу «Цирка дю Солей»: «Они сидели в секции 206, ряд CC, — сказал очевидец. — Когда шоу закончилось, Майкл купил мальчику свитер с эмблемой “Цирк-дю-Солей”».

Четверг, 1 апреля — в этот день Майкл с Джорди идут в ювелирный магазин Картье, и Майкл покупает для Джун «Браслет любови». Он дарит ей браслет на ужине, затем они идут на шоу Дэвида Коперфильда, поздно вечером улетают из Вегаса, приземляются в Лос-Анджелесе и едут на ранчо Неверленд.

2-7 апреля — Чандлеры проводят 5 дней в Неверленде. В этот раз на ранчо гостят Джой Робсон и ее сын Уэйд. Из показаний Джой на суде в 2005 году мы узнаем, что Джой с Джун друг другу не понравились. Джун Чандлер, по словам Джой, командовала прислугой, словно она здесь госпожа, и при этом Майкл избегал ее все выходные. Если Джой говорит правду, что Майкл избегал Джун все выходные, то это могло быть по разным причинам: например для того, чтобы Джой не заметила его особого отношения к Джун — косвенно это подтверждается тем, что, по словам Джун, Майкл предупреждал ее, чтобы она не рассказывала Джой слишком многого (а что это «многое»? Про тур она ей рассказала, а что еще? Браслет? Их отношения?). А возможно, Майкл просто плохо себя чувствовал, потому что последствия операции на скальпе все еще сказывались.

Может быть также, что Майкл по какой-то причине отдалился от Джун — но это как раз маловероятно: ведь он только что, в Вегасе, пригласил их поехать с ним на полгода в мировое турне, после чего подарил ей «Браслет любви» от Картье. По словам Джорди, после Вегаса ВСЕ они только сильнее сблизились: «…когда мы вернулись в Лос-Анджелес наша дружба стала гораздо более крепкой, чем до поездки, и мы стали видеться чаще», а по словам Джун она стала приглашать его к себе домой на ужины и ночевки (в книге Рея она сама ездила за ним в квартиру в Сенчури-Сити).

Джой была, видимо, сильно обижена из-за того, что Майкл берет в турне их, а не ее сына. Джой мстительно сказала ей, что Майкл, хотя и ведет себя как лучший друг Джорди, но потом у него появится новый друг, и о Джорди он позабудет — хотя в тот момент Джой было грех жаловаться на то, что Майкл позабыл об Уэйде, поскольку именно в это время Майкл готовил для Уэйда контракт на запись музыкального альбома (вышел в середине 1995 г ). (показания Джой Робсон)

Апрель-май. Джун впервые приглашает Майкла к себе домой. Судя по показаниям Джун на суде 2005 года и рассказу Джорди Гарднеру, после приезда из Лас-Вегаса (1 апреля) и до их отъезда в Монако (7 мая) Майкл ночевал в ее доме около 15 раз. Ее спросили, по сколько дней подряд длились эти визиты, она ответила: «может быть, неделя или две».

Где Майкл спал в доме Джун — загадка. При всей любви Снеддона в своих вопросах напирать на такие фразы как «ваш сын спал в постели с Джексоном», «спал с обвиняемым» и т.д. — он спрашивает о ночевках в доме Джун СОВЕРШЕННО ИНАЧЕ:

В: Где мистер Джексон останавливался («stay»: жил, останавливался) в вашем доме?

О: В комнате Джордана.

В: В той комнате больше одной кровати?

О: Нет.

И все. Снеддон даже не спросил ее, спал ли Майкл вместе с Джорди. Да, Майкл «останавливался» в комнате Джорди (например, просто бросал там свои вещи), да, в комнате Джорди стоит только одна кровать — но из этого совершенно не следует, что в этой кровати спал Майкл (он мог спать на полу, на кресле, вообще в другой комнате, или он мог спать в кровати Джорди, а сам Джорди в другом месте). В доме Джун, кстати, постоянно проживала ее домработница, которая могла быть свидетелем — но показаний этой домработницы мы «почему-то» не услышали ни в 1993, ни в 2005 году.

Джорди тоже отвечает на этот вопрос Гарднера уклончиво:

— А когда он ночевал в доме твоей мамы, он был в комнате с тобой?

— У меня была своя комната.

— И он спал в твоей комнате?

— Да.

Джорди говорит, что у него «была своя комната», и что Майкл «спал его комнате». На вопрос «он был в комнате С ТОБОЙ?» Джорди не ответил.

22-23 апреля — Майкл, Джун, Джордан и Лили отправляются в двухдневную поездку в город Орландо, штат Флорида, в Disney World. Жили вместе в одном номере в отеле The Grand Floridian. (показания Джун)

29 апреля — Майкл покупает два компьютера: ноутбук для Джорди, и дорогой навороченный комп для себя — этот комп он устанавливает в квартире в Сенчури-Сити (книга Рея + показания Гари Хирна по делу Робсона).

5 мая — Майкл едет в Атланту для участия в программе по иммунизации. Позже вместе с Лизой-Мари Пресли присутствует на празднике Kids Celebration.

Утром 7 мая Эван Чандлер едет к дому Джун, чтобы проводить ее и детей в поездку с Майклом в Монако. В книге Рея Чандлера Эван описывает, что Джорди прекрасно выглядел, вел себя как обычно, а Джун, предвкушая свою первую поездку в Европу, была на седьмом небе от счастья. Пока Эван помогал грузить их чемоданы в лимузин, который за ними прислал Майкл, она, размахивая билетами, снова и снова повторяла, что Майкл купил им «билеты в первый класс за семь тысяч долларов каждый». «Я был рад за Джун, — говорит Эван. — Дэйв никогда не был к ней так внимателен, как Майкл. Полушутя, он сказал: «Может, ты выйдешь за Майкла замуж». Дальше Эван размышляет: «Это было бы здорово для них обоих. Он получил бы новый имидж, а она наконец-то имела бы хорошие отношения». (Из книги «Все, что блестит»).

8 мая они прилетают в Париж вместе с Бобом Джонсом и 4 телохранителями. Перелетают в Монако. Майкл с Чандлерами селятся в «номере Уинстона Черчилля» в отеле Hotel De Paris. Два дня Майкл и Джорди болеют (Боб Джонс вызывал им доктора), а Джун с Лили ходят по магазинам с кредиткой Майкла. 10 мая Майкл берет Чандлеров с собой на ужин с принцем Альбертом Монакским. 12 мая они присутствуют на вручении «Мировых музыкальных наград». 13 мая летят в Париж, чтобы посетить Евродисней.

Джорди говорит Гарднеру, что Монако было «до лета», потому что он вспомнил, что у него была с собой книга, которую надо было прочитать к экзаменам. Книга называлась «Убить пересмешника», и, как добавляет Джорди, «это была одна из его [Майкла] любимых книг».

(Эта книга о том, как чернокожего осудили по ложному обвинению в изнасиловании белой девушки, причем обвинил его отец девушки, который сам насиловал ее. Какая жестокая ирония судьбы в том, что Майкл (наверняка!) обсуждал с Джорди подлецов, ложно обвинивших ни в чем не виновного человека, а спустя три месяца Джорди сам станет именно таким подлецом).

16 мая они возвращаются в США. Гутьеррес пишет в своей книге: «В течение этой недели «Нэшнл Инквайрер» (с тиражом более 5 миллионов экземпляров) напечатал статью с заголовком «Джексон и его ново-усыновленная семья». На самом деле заголовок был немного иной, вышла она 25 мая, и, что интересно, Гутьеррес не упоминает о более ранней статье от 20 мая.

После возвращения из Монако Майкл гостит в доме Джун еще примерно 15 дней (не подряд) (из показаний Джун).

20 мая вышла статья «Новая любовь Майкла Джексона», в которой упомянут отец Джорди «по имени Эван Чандлер», «живущий в Лос-Анджелесе», «дантист для звезд» — это было время, когда печатались телефонные книги («желтые страницы»). Найти в ЛА телефон и адрес кабинета дантиста по имени Эван Чандлер было делом одной минуты…

20 мая, четверг — Эван с младшим сыном Никки приходит в дом Джун и знакомится с Майклом. В книге Гутьерреса приведены слова Эвана: «…Пару минут спустя [после знакомства] мы пошли во двор и играли водяными пистолетами, которые Майкл купил для Джорди. (…) через несколько часов … он и Никки вернулись домой. Натали спросила их, как все прошло, и что они думают о Майкле Джексоне. Эван ответил: «Он очень приятный парень. Он мне нравится. И Никки тоже.»

21 мая, пятница — Эван, Никки и Джорди едут в квартиру Майкла в «Сенчури-Сити». Эван внезапно спрашивает Майкла: «Ты тра*аешь моего сына в з**?» [«Все, что блестит, стр. 30]. По словам Чандлеров, Майкл якобы не ответил на вопрос, но это никак не помешало Эвану пригласить Майкла к себе на следующий день, на вечеринку по случаю дня рождения Никки.

22-23 мая — Майкл проводит в доме Эвана эти выходные. (Рей Чандлер подтвердил это на своем сайте, когда «громил» статью Мэри Фишер). Эван предлагает Майклу почаще проводить время в его доме, для чего предложил построить ему пристройку к дому, или даже новый дом. Также, возможно, именно в это время Эван предлагает Майклу свои киносценарии.

25 мая — в журнале «Нэшнл инквайрер» выходит статья «Тайная семья Майкла Джексона»). В книге Рея Чандлера сказано, что источником информации для этой статьи была сестра близкой подруги Джун. (Возможно, эта сестра была источником и статьи от 20 мая, поскольку информация в статьях почти одна и та же).

Взбешенный Эван звонит Дэйву и просит его передать Джун «чтобы она перестала трепать длинным языком перед подружками». Через два дня Джун звонит Эвану и ругает его за то, что он сказал, что у нее длинный язык. Только Эван положил трубку, как позвонил Дэйв: «Этот поганец разрушает мой бизнес и мою семью!» орал он в трубку. Дэйв жаловался, что ему звонят друзья и деловые партнеры, соболезнуя, что он потерял семью. Дэйв чувствовал себя униженным и обманутым: перед поездкой он дал Джун пять тысяч долларов и просил её не принимать подарков от Майкла. Дэйв не возражал, что Майкл осыпает подарками детей, но его супруга – дело другое. Пять тысяч Джун взяла, но она не отказалась и от кредитки Майкла. Дэйв ревновал, но еще больше его беспокоило, как это окажется на его бизнесе. У него были большие долги, а кредиторы, видя, что его семейная ситуация нестабильна, начали нервничать. Эван обещал Дэйву поговорить с Джун и «все уладить», и он позвонил ей, но у Джун были свои интересы. «Дэйв хочет, чтобы я перестала видеться с Майклом, —сказала она. — С какой стати? Майкл так внимателен и к детям, и ко мне. А Дэйв их игнорирует. Он даже Лили почти не звонит. Не-а. Ни за что!». Похоже, Джун была готова перестать общаться с Дэйвом, но отказываться от общения с Майклом она не собиралась. (из «Все, что блестит»).

28-30 мая — Майкл и Джорди проводят выходные в доме Эвана. В книге Рея Эван утверждает, что с именно этого времени он начал с подозрением относиться к Майклу (толком не объясняя почему). Во время визита в дом Эвана у Майкла сильно разболелась голова. Эван делает ему укол Торадола (как он говорит), на который у Майкла была нетипичная реакция – слабость, затуманенное сознание, ему пришлось лечь в постель (это больше похоже на реакцию от амитала натрия, тем более, что Эван говорит, что для укола вызывал своего анестезиолога). Эван спрашивает, не гей ли он, Майкл отвечает: «Нет».

Домработница Эвана, Норма Салинас давала интервью («Caretaker speaks out for the first time» для Dateline NBC, 3 сент 2004), где сказала, что жена Эвана, Натали, велела ей поселить Майкла в комнате мальчиков (Джорди и Никки). Норма Салинас также добавляет, что после этих выходных Эван перестал ходить на работу.

31 мая — Джорди заболел. Эван пришел навестить сына, и спросил его шутливым тоном: «Эй, Джорди, ты и Майкл делаете это?». «Это отвратительно! — ответил Джорди. — Я не такой». «Просто шучу» — сказал Эван («Все, что блестит», стр. 46). Джордан перестал разговаривать с отцом. В тот же день Эван ссорится с Джун из-за ее отношений с Майклом.

Джеральдин Хьюз в интервью на ютуб-канале Nicole's View говорит, что Эван начал работать с ее боссом — адвокатом Барри Ротманом — примерно в мае.

Начало июня: Вскоре после интервью для «Radio Top-40» Майкл и Джорди мирно покупают комиксы в магазине «Golden Apple».

9 июня — выпускной в школе. В книге Рея Эван утверждает, что в этот день он впервые рассказал Джун о своих подозрениях насчет Майкла. Джун подозрения отвергла и велела Эвану катиться к чертям. Их спор вылился в то, что Эвану не было позволено видеть и говорить с сыном до 12 июля (сказал Рей на своем сайте). С Джорди он тоже поругался. (Вероятно, Эван предъявил Джорди тот «ультиматум», о котором они с Дэйвом говорят в телефонном разговоре — просьба-требование не ехать с Майклом в тур.)

10 июня — если верить книге Гутьерреса, Джорди и Бретт Барнс были в этот день на ранчо, без Джун и Лили.

20 июня — праздник День отца. Джун говорит, что Джорди не хотел звонить отцу в этот день, но потом все же это сделал. По словам Рэя, Джорди не звонил Эвану в День отца и вообще отказывался говорить с ним по телефону. Рэй сообщает, что «Эван не видел и не слышал Джорди, начиная с 9 июня».

21 июня — Джун, Джордан и Лили летят в Нью-Йорк на свадьбу брата Джун. Майкл приезжает в Нью-Йорк через два дня после свадьбы и останавливается в том же отеле.

23 июня — Чандлеры и Майкл уезжают из Нью-Йорка во Флориду, где проводят два дня. Затем они перелетают в Санта-Барбару на частном самолете и едут в Неверленд.

В этот же день Барри Ротман изучает документы о разводе Эвана и Джун, чтобы найти легальный способ держать Джорди вдали от Джексона (книга Гутьерреса). (на самом деле Эван и Ротман хотят заполучить Джорди под опеку Эвана для того, чтобы иметь возможность влиять на мальчика, а еще — на мой взгляд — для того, чтобы если мальчик в результате вымогательства получит деньги, Эван мог иметь доступ к этим деньгам, а это возможно только если Эван будет его единственным опекуном)

Около 1-2 июля — Эван в разговоре с Дэйвом 8 июля говорит, что «они не перезванивают мне, Джун позвонила мне только один раз на прошлой неделе» (это приблизительно 1-2 июля). Эван говорит Дэйву, что «она послала меня на хрен. Не этими словами… Но необязательно использовать именно эти слова». (т.е. Эван снова что-то требовал и угрожал)

Примерно в это время Джун и Дэвид пытаются предупредить Майкла насчет Эвана, но он не принимает их слова всерьез и говорит, что подобные вещи происходят с ним все время, и что люди всегда пытаются получить от него деньги.

2 июля — Эван приезжает в «Рент-а-Врек», чтобы заручиться помощью Дэйва. Рэй утверждает в своей книге, что за день-два до этого Дэйв просил Джун о 4 млн. долларов кредита от Майкла.

«В это время отец Джейми через своего адвоката идет к психиатру в Беверли-Хиллз, и, не называя имен, излагает ему гипотетическую ситуацию об отношениях его сына с Джексоном, в том числе упоминает поведение матери Джейми, которое психиатр назвал «попустительством» с ее стороны. Он хотел узнать, мог ли его сын оказаться жертвой сексуального абьюза» (цитата из статьи Морин Орт «Кошмар в Неверленде», она общалась с Реем или Эваном. Морин Орт называет Джорди «Джейми». О том, что Эван сам, лично, ходил к психиатру, еще до того, как Ротман этому психиатру звонил, упоминает и Гутьеррес)

7 июля. В офисе адвоката Барри Ротмана, Эван подписывает два документа: 1) петицию о передаче ему опеки над Джорди, по которой Джорди запрещалось общаться с Джексоном, и 2) заявление об обосновании петиции, в котором говорилось: «В первой половине 1993 года я видел Джексона спящим в кровати моего сына Джорди. Это сильно меня обеспокоило…». Эван объяснял эти два документа так: он считал, что Джорди подвергается опасности, но хотел выслушать мнение стороны Джун, Джорди и Джексона прежде, чем предпринимать решительные меры, и если Джун не подпишет, он передаст эти доки в суд. (из книги Гутьерреса) (То есть, по первому документу Джун должна была отдать ему Джорди, а второй документ был для того, чтобы надавить на Джун и напугать Джексона. Эван не подавал эти документы ни в какие инстанции).

В этот же день Эван оставляет сообщение на автоответчике Джун: «Джун, обязательно дай прослушать это сообщение Майклу и Джорди. Я повторяю. Джун, обязательно дай прослушать это сообщение Майклу и Джорди. Вы все трое ответственны за то, что происходит. Ни один из вас не является нейтральной стороной. Поскольку Джорди постоянно отказывается мне перезванивать, это будет моя последняя добровольная попытка общения. Я буду в твоем доме в Сан-Лоренцо в эту пятницу, 9 июля, в 8:30 утра. Поверь моему слову — для вас всех нет ничего важнее, чем быть на этой встрече. Если вы не придете, я не приму никаких оправданий ни от кого из вас, поскольку все мои другие попытки общаться уже провалились». (из книги Гутьерреса)

Джун проигрывает сообщение Майклу. Тот привлекает своего юриста Берта Филдса. Берт Филдс нанимает частного сыщика Энтони Пелликано. Дэйв Шварц говорит Пелликано, что Эван ведет себя крайне агрессивно. Пелликано просит Дэйва записать телефонный разговор с Эваном и попытаться выяснить, какие у Эвана требования и в чем он собирается обвинить Майкла.

8 июля — Дэвид Шварц записывает 3 телефонных разговора с Эваном. В этих разговорах Эван говорит, что хочет встретиться с Джун, Джорди и Майклом, чтобы «выслушать их сторону» и «если я ошибаюсь, пусть они объяснят мне где я ошибаюсь». Причем Эван говорит, что Майкл нужен ему в первую очередь.

Самое верное умозаключение по поводу этих утверждений Эвана дает, как ни странно, Гутьеррес, в своей книге: «Отец, который беспокоится о благополучии сына, должен бы в первую очередь говорить с сыном и его матерью, а не с насильником, чтобы тот развеял его сомнения. Эван, как и остальные, хотел Джексона ради его денег, притворяясь, что он защищает Джорди».

9 июля — Джун, Джордан и Майкл отказываются встречаться с Эваном. Дэвид пытается успокоить Эвана, когда тот приходит в дом Джун.

В тот же день Пелликано прослушивает запись разговора вместе с Дэйвом и Джун, затем они трое едут в квартиру Майкла в Сенчури-Сити, где гостит Джорди. Пелликано беседует с Джорди (Джун, Дэйв и Майкл присутствуют в квартире, но не при разговоре). Он спрашивает Джорди, домогался ли его Джексон, прикасался ли к нему неподобающим образом, видел ли он его голым и прочее. Джорди на все вопросы отвечает, что нет, Майкл никогда ничего такого не делал, а его отец просто хочет денег. (факт этой встречи с Пелликано Джун подтверждает в своих показаниях)

10 июля — Гутьеррес говорит в своей книге, что в этот день Эван ждал, что водитель Джексона привезет ему Джорди, но Джорди не приехал.

11 июля — Майкл, Джун, Джорди и Лили едут на ранчо, чтобы отпраздновать день рождения Лили. Из книги Гутьерреса: «По дороге они остановились в пляжном доме друга Джексона, финансиста Майкла Милкена». Дальше Гутьеррес описывает, как Джун слышала телефонный разговор Майкла с Пелликано, и ей этот разговор так не понравился, что она развернулась и ухала с детьми, после чего пошла с детьми в кино и смотрела фильм «На линии огня» с Клинтом Иствудом.

Что именно не понравилось Джун в этом разговоре, Гутьеррес не сообщает. Но судя по тому, что именно в этот день в 10 часов вечера Джун привезла сына Эвану, беседа Майкла с Пелликано (и еще, возможно, Филдсом) шла о передаче опеки. Джун говорит на суде 2005 г, что она подписала документ о передаче опеки Эвану под давлением Филдса и Майкла Джексона, которые боялись, что, если она не подпишет, Эван передаст тот второй документ в суд.

В результате Джун передала сына под опеку Эвана на одну неделю, полагаясь на уверения Филдса, что по истечению этого срока сына ей вернут. Филдс же полагался на обещание Барри Ротмана.

14 июля — Барри Ротман звонит доктору Мэтису Абрамсу (тому психиатру из Беверли-Хиллз, к которому уже ходил Эван).

16 июля — в результате телефонного разговора Ротмана с доктором Абрамсом, психиатр присылает Ротману 2-страничное письмо, в котором заявляет, что «есть обоснованные подозрения в совершении сексуального насилия».

В этот же день Эван ведет сына в свой кабинет «чтобы удалить молочный зуб». Анестезиолог Марк Торбинер применил амитал натрия в качестве анестезии. Когда Джорди проснулся после анестезии, Эван спросил его, прикасался ли Джексон к его пенису. Джорди якобы ответил еле слышное «да». Эван «услышал все, что ему нужно было услышать», — пишет Рэй Чандлер в книге. Эван позже скажет окружному прокурору: «мы никогда не говорили об этом снова». 

Вечером 18 июня Эван должен был вернуть Джорди матери, но он этого не сделал.

19 июля — Гутьеррес: «Джексон прислал Джорди письмо, доставленное Пелликано в офис Ротмана. Джексон выражал свою поддержку Джорди из-за конфликта между его родителями. Он заметил, что понимает, каково ему, потому что ‘’он сам проходил через такое’’.»

В тот же день, пишет Гутьеррес: «Джун, обеспокоенная тем, что Эван не вернул Джорди … звонит Джексону. «Майкл … сказал мне, что за все отвечает Филдс, и что Филдс инструктировал его никогда больше со мной не говорить. Он не объяснил причин. Я не понимала. Я была сбита с толку мыслью о том, что Майкл не хочет со мной говорить». Джун умоляла Джексона, говоря ему, что она просто хочет узнать, что происходит с ее сыном. Джексон только добавил «Я сейчас поговорю с Филдсом и он тебе немедленно перезвонит!» … Филдс, однако, так никогда и не перезвонил».

Дайан Даймонд в своей книге приводит отрывки из «дневника Эвана» (его черновик для книги Рея Чандлера) — часть «дневника» она цитирует, часть пересказывает своими словами. Вот как она пересказывает (в главе 6) то, что пишет Эван о разрыве отношений между Джун и Майклом:

«В начале августа адвокат Джексона, Берт Филдс, внезапно прекратил общаться со всеми, кто связан с семьей Чандлеров. Он больше не брал трубку, когда звонили Джун или Дэйв и отказывался говорить с адвокатом Эвана. Расстроенная, Джун позвонила Майклу Джексону, и он сказал ей, что Филдс инструктировал ее никогда больше с ней не говорить.»

___________________________

Теперь мои соображения обо всем этом.

Гутьеррес и Эван, конечно, лжецы, но я не вижу, для чего им было придумывать этот конкретный эпизод про Джун и Майкла от 19 июля — для них было бы выгоднее придумать историю о том, как Джун сама осознала, что Майкл злодей, и перестала с ним общаться.

Возможно, сам диалог между Джун и Майклом был другим, но что-то в этом духе явно произошло. Тот факт, что с этого момента Джун больше не общалась ни с Майклом, ни с Филдсом, ни с Пелликано, подтверждается дальнейшей хронологией (т.е. больше нет никаких упоминаний, что она с ними общалась). Еще это подтверждается тем, что именно в это время Джун наняла собственного адвоката, Майкла Фримена, и дальше уже с его помощью пыталась вернуть сына.

6 августа Джун подает в Детскую Службу жалобу на Эвана, что тот отобрал у нее сына (заявление уже составлено на бланках адвокатской конторы Майкла Фримена), и 7 августа по этому вопросу ее допрашивают работники Детской Службы (на допросе в 2005 г Снеддон пытался создать у присяжных впечатление, что 7 августа Джун говорила с полицией о домогательствах, но это не так. Ни о каких домогательствах в то время речи еще не шло).

Тут нельзя не вспомнить слова Майкла, которые он сказал своим юристам, если не ошибаюсь, перед заключением мирового соглашения: «У меня целый корабль дураков, и мы все вместе идем на дно».

Самый идиотский поступок его юристов состоял даже не в том, что они пошли на мировое соглашение с Чандлерами, а в том, что они захлопнули дверь перед носом их важнейшего союзника, Джун Чандлер. Отчасти их оправдывает то, что на тот момент не было еще речи о секс-домогательствах. Даже Гутьеррес отмечает, что Эван пока еще ни разу не употребил слов «секс-абьюз», даже в разговорах со своим адвокатом, и даже в разговорах со своей женой Натали. Мысль о возможных обвинениях в секс-абьюзе со стороны Эвана первой пришла в голову Пелликано, поэтому он расспрашивал об этом Джорди. Но Джорди спокойно и весело отвечал, что ничего подобного не было, так что, вероятно, они там все успокоились и решили, что Джорди в любом случае ни за что не станет свидетельствовать против Майкла.

Вся ситуация с Эваном выглядела на тот момент как чисто семейное дело: Эван вопил, что Майкл отобрал у него сына, разрушил семью, и что Джун неправа, разрешая совместные ночевки, и поэтому, все, что хочет Эван — это забрать себе опеку над Джорди. Вероятно, поэтому Майкл счел разумным совет своих юристов о том, чтобы перестать общаться с Джун, и дать семье разобраться самим между собой.

Но представьте себя на месте Джун. Она оказалась в такой отчаянной ситуации и беспокоилась, что может потерять сына, а еще о том, что неуравновешенный Эван может сделать с ее сыном. А Майкл, который неоднократно обещал о ней заботиться, взял и просто выставил ее на мороз. Не только сам перестал общаться, но и отобрал у нее юриста Берта Филдса, который изначально ей помогал (помощь его, конечно, была сомнительная, но хоть какая…).

Тем более, что именно Майкл и Филдс стали виновниками этой проблемы Джун: это ведь с их одобрения (или даже под их нажимом) она подписала соглашение об изменении опеки.

Джун со своим адвокатом Фриманом боролась за сына, как могла, однако пока еще она не переходила на сторону Эвана. И вот 17 августа Эван отвел Джорди к психиатру, которому Джорди «сознался», а психиатр уведомил соцслужбы и полицию. Джун вызвали на допрос, и предъявили, что ее сын «сознался». Тогда она почувствовала, что у нее нет другого выхода, кроме как поддержать сына. К тому же, я могу себе представить, как она была зла на Майкла, который, с ее точки зрения, бросил и предал ее. Поэтому и на допросе в 2005 году она откровенно лжет, не смущаясь тем, что Майкл сидит прямо перед ней. Она наверняка до сих пор винит Майкла в том, что ей пришлось пройти через те передряги в 1993 году, и что она в результате этого всего потеряла сына.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic