mjinnocent

Categories:

Воспоминания принцессы Элизабет фон Турн-унд-Таксис

Германский княжеский род фон Турн-унд-Таксис на сегодняшний день самая богатая аристократическая семья Европы: их состояние оценивается в 1,5 млрд долларов США. Отец семейства, князь Иоганнес, умер в 1990 году, оставив своего сына, 7-летнего на тот момент Альберта, самым юным миллиардером в Европе.

Альберт, Элизабет и их мать Глория
Альберт, Элизабет и их мать Глория

27 июня 1992 года, после концерта «Дэнджерос» в Мюнхене, Турн-унд-Таксисы познакомились с Майклом Джексоном. Знакомство превратилось в дружбу — Майкл навещал семью в их доме и в их замке, а 10-летний Альберт некоторое время путешествовал вместе с Майклом по Европе. 

Майкл, Бретт Барнс и Альберт Турн-унд-Таксис в парижском «Евродиснее», 1992 г.
Майкл, Бретт Барнс и Альберт Турн-унд-Таксис в парижском «Евродиснее», 1992 г.
Резиденция Турн-унд-Таксисов "Санкт-Эммерам» в Регенсбурге (Бавария)
Резиденция Турн-унд-Таксисов "Санкт-Эммерам» в Регенсбурге (Бавария)
Замок "Дуино", в Триесте, Италия.
Замок "Дуино", в Триесте, Италия.

В своей книге Элизабет забавно описала, как к первому визиту Майкла в их дом, вся семья оделась в национальные баварские костюмы. Майкл, который обожал мюзикл «Звуки музыки», пришел в восторг и воскликнул: «Вы прямо как семья фон Трапп!».

Постер лондонского мюзикла "Звуки музыки"
Постер лондонского мюзикла "Звуки музыки"

В апреле 1993 года дети — 10-летний Альберт, 11-летняя Элизабет и 12-летняя Мария-Терезия — вместе со своей гувернанткой Региной приехали погостить у Майкла в «Неверленде». Они были там в то же время, когда на ранчо приезжали Джун Чандлер и ее дети Лили и Джордан. В своей книге Эван Чандлер рассказывает о 8 апреля: «Он пригласил ее [Джун] в Неверленд познакомиться с германским князем Альбертом, который, вместе со своей гувернанткой и двумя сестрами тоже гостил на ранчо. Джун была в восторге от перспективы встретиться с особами королевской крови.»

После смерти Майкла Элизабет фон Турн-унд-Таксис (которая стала журналистом) написала о нем небольшую статью воспоминаний:

-------------------------------

Странное чувство, когда умирает кто-то из твоих знакомых. Странное в том смысле, что ничего не чувствуешь. Ощущение странной пустоты, хотя «пустота», конечно, не чувство. Попадаешь во что-то вроде полой нирваны, стеклянной клетки. Будто на несколько мгновений ты полностью выпал из реальности, и возвращаешься в нее, окруженный подушкой, затуманивающей твое зрение.

Я испытала это на прошлой неделе, узнав о смерти Майкла Джексона, и, признаюсь, в последующие несколько дней я чувствовала себя как в тумане. Также немного странно то, как я об этом узнала. Обычно я не покупаю газет, поскольку я большая поклонница чтения новостей в Интернете, но именно в тот день я купила газету. С каждой газеты в магазине смотрело лицо Майкла Джексона. Забавно, подумала я, что он на этот раз выкинул? Но когда я прочитала заголовок, мне показалось, что мое сердце пропустило пару ударов. Неужели это правда?

По моим наблюдениям, мы чувствуем себя очень близкими к таким суперзвездам, как Майкл Джексон. Мы почти думаем, что мы их знаем. Мы потребляем знаменитостей, как горячую пиццу, которая вкусна только горячей, только прямо из печки… проходит время, и она превращается в маслянистый комок резины, который мы кидаем в мусорное ведро. Это печально, и когда я отступаю на шаг от этого всего, я вижу, как ужасно обсуждать кого-либо так, как мы обычно обсуждаем этих незнакомцев в клетках.

Я часто ловлю себя на том, что сужу знаменитостей. Я могу поймать себя на том, как говорю, что Джордан [Майкл Джордан] – гад, или что Кира Найтли кажется скучной. Откуда мне это знать, я ведь никогда с ними не встречалась? Вас поражает мысль, насколько на самом деле ужасно судить других людей, только когда вы сами окажетесь объектом суждений или когда вы лично знаете человека, которого критикуют.

В случае с Майклом Джексоном, я его знала. Как бы странно это ни звучало, Майкл был нашим другом. Он несколько раз приезжал в наш дом в Германии, и мы навещали его в его доме / ранчо / поместье — печально известном «Неверленде». Мы были на нескольких его концертах, а мой брат даже объездил с ним большую часть Европы. Какие бы грязные мысли у вас сейчас ни возникли, я должна вас разочаровать — мой брат Альберт не был нашим подкупом, чтобы проникнуть в ближайшее окружение Майкла... или был?

Ну, наверное, в некотором смысле он был. Майкл любил детей. Он чувствовал с ними настоящее родство. Он был мучительно застенчив, и я думаю, что только среди детей он чувствовал себя в безопасности. Похоже, он был особенно застенчив с женщинами, и поэтому мне казалось естественным, что он предпочитает компанию мальчишек. Я никогда не считала его странным, как раз наоборот. Он был чрезвычайно вежлив и уважителен. Он был очень щедрым, а когда расслабится в компании, даже очень смешным.

Будучи детьми строгой матери, мы впитали такие манеры, как говорить «пожалуйста» и «спасибо». Каждый раз, когда мы за что-нибудь благодарили Майкла, он отвечал «нет, спасибо ВАМ», что нам казалось особенно забавным и сверхвежливым.

Наша дружба с ним началась благодаря тогдашней помощнице моей матери, женщине по имени Регина. Регина была огромной поклонницей Майкла Джексона, и, когда я говорю «огромная», я имею в виду ОГРОМНАЯ. Регина была для нас гораздо больше, чем просто помощник по работе. Она была лучшим другом моей матери, советницей, попутчиком, психиатром и феей-крестной для нас, детей. Регина — легенда. Именно Регина привела в движение этот мяч и пробилась вверх по лестнице важных людей, пока не нашла кого-то достаточно влиятельного, чтобы устроить для нас аудиенцию у Короля поп-музыки. Не буду описывать всю историю, потому она слишком длинная, но позвольте сказать, что Регина без смущения и с энтузиазмом потянула за довольно много цепочек, чтобы привести нас туда, где мы хотели быть. В итоге ей это удалось, и из пятиминутной «встречи и приветствия» выросла пара визитов в наш дом, приглашения на концерт, совместная поездка в «Диснейленд» и грандиозный финал — приглашение в «Неверленд».

Майкл с принцем Альбертом, принцессой Марией Терезией и Элизабет, детьми Иоганнеса и Глории фон Турн унд Таксис. (Мюнхен, 27 июня 1992 г.)
Майкл с принцем Альбертом, принцессой Марией Терезией и Элизабет, детьми Иоганнеса и Глории фон Турн унд Таксис. (Мюнхен, 27 июня 1992 г.)

Именно на вечеринке после одного из наших первых концертов Майкла в Мюнхене лед окончательно растаял. Мы, дети, были в восторге. Там были воздушные шары, шоколадные фонтаны и даже аттракцион с мини-автомобилями, но, главное, там был Майкл. Мой брат подошел прямо к нему, мимо всех стеснительных взрослых и отчаянных честолюбцев, которые кружили вокруг, пытаясь заполучить кусочек Майкла, и своим ангельским голоском, с беспечностью, присущей только ребенку, спросил его: «Майкл Джексон, ты пойдешь со мной на машинки, пожалуйста?». Майкл был так впечатлен искренней открытостью Альберта, что взял его за руку и провел следующие несколько часов, играя с ним, водя его по аттракционам и жуя закуски (к большому презрению всех взрослых гостей, которые топтались на заднем плане). То, что началось как формальная встреча Майкла Джексона с принцем и принцессой, впоследствии превратилось в настоящую дружбу между нами, детьми, и музыкальным гением-интровертом.

Майкл и Альберт на той вечеринке после концерта в Мюнхене.
Майкл и Альберт на той вечеринке после концерта в Мюнхене.

Наша поездка в «Неверленд» стала кульминацией этой дружбы. У Майкла имелось все, что могло пожелать детское сердце. Огромный парк со всеми аттракционами, какие вы только могли бы захотеть, но без очередей и необходимости платить. Были витрины, заполненные шоколадом, сахарной ватой и мороженым, которые можно было брать, не спрашивая разрешения! Был кинотеатр с огромной кроватью, на которой мы смотрели «Звуки музыки», набивая рот горстями попкорна. Мы ездили на квадроциклах по округе. Мы играли с шимпанзе Баблзом и другими животными в зоопарке. Но самым ярким событием был «Водный форт», где мы часами играли вместе с Майклом. Он любил кидаться водяными шарами и сильно мочить друг друга. Он и правда превращался в ребенка. Он не возражал против того, чтобы его волосы намокли, и смылся его грим — он просто веселился, и все. Мы были достаточно маленькие, чтобы наслаждаться этим детским раем, но достаточно большие, чтобы хорошо это запомнить и понимать, насколько это все на самом деле особенное.

С годами мы потеряли контакт, и, как многие другие дружеские отношения, наши сошли на нет. Как раз вскоре после нашего визита в «Неверленд» Майкл был обвинен в растлении тем самым ребенком, который на самом деле был вместе с нами в «Неверленде» в то время! Было странно и очень грустно слышать такие ужасные вещи о человеке, который так счастливо играл с нами, детьми, часами. Он стал для нас чем-то большим, чем двухмерная суперзвезда. Он был человеком, приятелем и одним из самых дружелюбных людей, которых я когда-либо встречала. Я не могла бы представить, как Майкл причиняет вред и мухе, не говоря уже — другу.

У меня остались теплые воспоминания о мальчике-переростке, друге и суперзвезде. Надеюсь, мир запомнит его как одного из величайших музыкальных исполнителей нашего времени. Еще больше я желаю ему насладиться вечным «Неверлендом» на небесах, где мне не терпится присоединиться к нему и кинуть еще один водяной шар ему прямо в лицо.

---------------------------

Элизабет также посвятила Майклу главу в своей книге «Дневники принцессы»:

Главу можно прочитать здесь на английском.

В целом там то же самое, что и в статье выше, только немного более подробно. Один момент из этой главы я переведу, потому что эта комната с зеркалами и фокусом — интересная деталь «Неверленда», о которой я никогда раньше не слышала:

---------------------------------

Там был кинотеатр с огромной кроватью, где мы смотрели «Звуки музыки» и объедались попкорном. После фильма Майкл привел нас в комнату, полную зеркал. Комната медленно заполнялась туманом. Когда туман рассеялся, Майкл внезапно исчез, а через несколько мгновений снова появился из ниоткуда. Мне этот фокус показался настоящим волшебством. Майкл оценил наше изумление и недоверие и повторил его несколько раз. Еще я помню, как мы постоянно катались все вместе на аттракционе, пиратском корабле, а динамики играли «Black or White». В отличие от многих взрослых, Майкл никогда не уставал от игр.

------------------------------------

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic